“ Здравствуйте, автор! Рады Вас видеть на Сервере современной прозы "MyProse.ru"! Сервер предоставляет возможность размещать бесплатно свои публикации, как начинающим, так и авторитетным авторам. Убедительная просьба к посетителям сайта, отправлять все замечания по возможным недоработкам и неудобствам сайта. Успешного Вам творчества, господа! Всегда рады Вашим успехам! ”
Когда человек смотрится в зеркало – он видит в нем себя.
Интересно, что видит зеркало, когда смотрит на человека…
Подари мне немножко себя
Подари мне немножко себя –
Самый лучший подарок на свете,
А к подарку слова – не нужны,
Все, что надо, пусть скажет мне ветер.
Подари мне немножко себя,
Лишь немножко, мне много не надо.
Я живу. Я живу для тебя!
Все отдам, чтобы быть с тобой рядом.
Подари мне немножко себя…
Дочь Сатаны
Мерцание звезд, покров темноты,
Грешные души, стоны, мольбы.
Ветра порыв – он вестник Ее,
Любимицы Ада Хозяйки ВСЕГО.
Публичный дом – на авансцене шлюхи,
Лакеи, прихлебатели, шуты.
Важней всего для светской черни слухи:
Кто с кем? Когда? Где больше наготы?
Топ-новости: бойфренды, взятки, драки,
Во весь экран фальшивых звезд оскал,
Несёт из телевизора клоаки
Потока нечистот девятый вал.
А глянцевый презерватив гламура
От тех других, кто обделён судьбой,
Спасти поможет собственную шкуру
«Элите», так гордящейся собой.
Но своры этой ржанье, конский топот
Не заглушит больных и слабых боль:
Страданий и несчастий горький шёпот
Для настоящих подвигов – пароль.
Раф оглядывает гостиную, как будто видит ее впервые...
В углу, в кресле, в позе медитирующего Будды, спит Герман Иванович Колосовский.
Со стороны может показаться, что он не только спит, но еще и о чем-то думает. И, судя по величественно оттопыренной нижней губе и наморщенной коже на лбу, думает никак не меньше чем о судьбах мира.
Оля
Уже давно меня посещала мысль, что нужно уехать из этого города.
Почему? Здесь меня больше ничего не держит.
Я листал газету с предложениями самой банальной работы в соседнем городе – чуть побольше, поперспективнее, он был областным центром и туда хотела вся хоть сколько-нибудь целеустремленная молодежь, не достаточно целеустремленная для того, чтобы уехать в столицу. Был теплый майский вечер и в открытое окно моей тесной давно не ремонтированной кухни задувал легкий приятный ветерок, принося с собой много сладких дурманящих ароматов.
Крутые улицы: то в гору, то с горы,
Изломы скал, изгибы древних бухт,
И треск цикад до утренней зари,
И моря шум, баюкающий слух.
Медведь, заснувший головою в море,
Теперь горой зовётся Аюдаг.
Когда-то здесь столкнулись в давнем споре
Жрец Греции и местный тавров маг.
Здесь Артемиды храм возник на камнях храма
Великой таврской Девы Парфенос.
И местный люд, как и всегда, упрямо
Тащил на гору непосильный воз
Забот своих. Здесь Агамемнон грозный
Принес богине в жертву дочь свою,
И Ифигения, в тоске глотая слёзы,
Чуть брата не предала алтарю.
С реальностью тут сплетены легенды:
«Век девятнадцатый, железный …»
А. Блок
Век кремниевый, двадцать первый,
Весь в паутине Интернета,
Сметёт своей волною нервной
Устои Старого Завета.
В нём дух преодолеет тело,
Общаясь с богом без молитвы.
Померкнет всё, что устарело
В борьбе идей духовной битвы.
Содрав материи оковы,
В своём полёте в бесконечность
Наш дух свободным будет снова -
Его пределом станет вечность.
Тела утратят оболочку,
И устремившись в свой исток,
Все сущности сольются в точку,
И точка та – Вселенной бог.
Вошли мы в двадцать первый век,
Но радоваться нет причины,
И в этом веке человек
Живёт, зависимо от чина.
Для тех, кто властен и богат,
Мир расстилается в услугах,
Для бедных он, как прежде, ад:
Кому - дворец, кому – лачуга.
Нам жить и путано, и скудно,
В делах у нас опять застой,
Бороться с властью ныне трудно –
«Демократический» же строй.
И в эти времена глухие
Пока нам сняться только сны:
Какие же тебе, Россия,
Дела и бури суждены?
На ржавый гвоздь
Повешена одежда.
Она висит как гроздь,
Но думает невежда,
Что это не одежда в высоте,
А человек, распятый на кресте.
Вьюга воет, вьюга злится,
День-деньской душа томится
Где-то там, в груди.
Просит: «Погоди.
За окном уймется вьюга
Мы тогда поймем друг друга,
А пока, в тиши
Спи и не спиши».
Но никак, увы, не спится,
Снег за стенами кружится,
К стеклам липко льнёт
И к себе зовёт.
И уж хочешь ли, не хочешь,
Маешься и дни, и ночи,
Слыша вьюги зов
Вместо сладких снов.
Есть в каждом времени своё средневековье,
Его «властители» - удельные князья
Не ведают, как мерзко пустословье,
Не знают, что жить в золоте нельзя.
Им невдомёк, что эти их повадки,
Их «Мерседесы», замки, виллы – блажь.
Для них, явившихся прямёхонько со свалки,
Все эти цацки – рожи макияж.
За позолотой, за слоями пудры
Немытость рыл, привычный глоткам мат,
Над ранней плешью взмыленные кудри.
Сбылась мечта – готов «аристократ»!
